September 11th, 2011

Русинское движение приобрело свой контекст. Социокультурный и полтический.

Русинское движение на территории русинов на юг от Карпат за 20-летний период приобрело свой контекст. Социокультурный и полтический. Оно неотделимо от всего остального. Дальше началась уже полная мифология.  но  по сути – трепыхания в вакууме. Не стало русинской среды вокруг, русинский мир замер, как замороженный,  просто международное русинское движение стало меркнуть в свете событий другого, международного и политического масштаба.

Русинское движение Подкарпатской Руси в каком-то смысле вернуло чувство реальности.

И поэтому, я повторюсь, разговоры о русинском движении – всегда политические. Украина может проводить позорное судилище над духовным лидером подкарпатских русинов о.Димитрием Сидором,   заручаться поддержкой Всемирного совета Русинов (ВСР), но ей не победить контекст, в котором русинское движение существует. Он живет в мире русинов. На территории русинов на юг от Карпат все живут. Можно понять украинские власти, которые готовы бороться и с венгерскими организациями и партиями в Украине,и с Русским движением в Украине, лишь бы не существовать в мире, где все решают русины. И за Украину они уже все решили.


Послушайте: значит, Украина устроила свое дело, что между ней и русинами события, которые развиваются в Закарпатье-Подкарпатской Руси, имеется огромная пропасть. Значит, Украина устроила свою систему управления таким образом, что она не может контролировать территорию русинов на юг от Карпат. И давайте здесь не будем говорить только об русинах. Сентябрьский взыв газа в ужгороде, августовские пожары в мукачево и Виноградово ....


Кто-нибудь что-нибудь сделал для этого? Что-нибудь радикально изменилось в украинской власти в Закарпатье-Подкарпатской Руси после этих техногенных катастроф?  Ничего. Потому что ответственность высшего должностного лица (высшего в этой отрасли) просто не заведена, она просто не предусмотрена. Она не предусмотрена и после этого раза. Ждем следующей техногенной катастрофы.




Когда экономическая модель развития действует достаточно долго, она форматирует под себя и социально-политическую систему. В частности, формируются достаточно устойчивые методы стабилизации социума, которые гарантируют элите стабильное и комфортное состояние. Однако в случае нарастания тех или иных кризисных процессов (кризис здесь подразумевается даже не в негативном контексте, а просто как существенное изменение) эти методы постепенно теряют эффективность. Социум, который по своей сути образование достаточно консервативное, довольно долго эти изменения игнорирует, причем как в элитной, так и в обычной части. Но вот дальше... И когда изменения накапливаются в достаточно большом масштабе, правящая часть элиты встает перед серьезным вопросом.

Либо нужно признать принципиальные изменения и вместе со всем обществом искать выход, либо же нужно их от общества скрывать и, воспользовавшись более или менее удобным поводом (или сконструировав такой повод), изменить методы управления («правила игры») так, чтобы скомпенсировать негативные изменения в части их влияния на элиты. Первый способ опасен, поскольку включает широкие народные массы в обсуждение вопросов, которые до того элита решала в своем кругу, что, обычно, означает, что ей придется делиться частью, иногда значительной, привилегий. Но зато этот способ универсален — даже в случае неудачи, вину на элиту не возложишь, вопрос решался широким консенсусом. Иными словами, этот способ позволяет элите продемонстрировать, что она является неотъемлемой частью общества, исключая опасные для нее социально-политические катаклизмы. Второй способ позволяет элите сохранить свои привилегии и возможности, но зато усиливает потенциальный социальный конфликт. Если изменения, которые вызвали необходимость действия, продолжаются, то приходится придумывать все новые и новые поводы для ограничения прав общества в пользу элиты, и рано или поздно начинается открытый социально-политический конфликт. И вернуться к первой ситуации уже невозможно, поскольку доверие утрачено, и в этом случае возможно существенное изменение состава элиты.


главная, базовая причина была одна — это принципиальное противоречие между тем описанием текущих событий, которые предлагала (и продолжает предлагать) украинская элита, и реальным развитием событий, которые ведут к неуклонному снижению уровня жизни населения. При этом последнее все более явно начинает понимать, что все изменения, произошедшие за последние лет десять, направлены по большому счету на одну цель — сохранение того дохода, который сумела получить для себя элита в нулевые годы 21 века. За счет остальной части общества.

В общем, можно отметить следующее. Во-первых, непризнание результатов Закарпатского областного референдума 1 декабря 1991 года года стали переломным моментом, после которого стало понятно, что украинская элита окончательно отказалась от диалога с обществом и взяла курс на сохранение унитарного государства любой ценой.

Во-вторых, эта ее позиция не изменилась до сих пор. И что русины — являются заложниками этого украинского "консенсуса", поскольку вынуждены двигаться по выбранной без них дороге, нравится им это или нет. Однако сам выбор направления делает практически невозможным создание и развитие в рамках украинских государственных механизмов групп и институтов, которые обсуждают альтернативные возможности развития.

При написании использованы материалы http://shorec.livejournal.com/